Витамины, спортивное питание, косметика, травы, продукты

Глава 11. «ХОГВАРТС-ЭКСПРЕСС»

Когда Гарри проснулся на следующее утро, в воздухе витала ясно ощутимая хандра по случаю окончания ка­никул. Сильный дождь по-прежнему барабанил в окна. Они натянули джинсы и свитера — переодеваться в школьные мантии им предстояло уже в «Хогвартс-Экспрессе».

Гарри, Рон, Фред и Джордж как раз спустились на пер­вый этаж, собираясь идти завтракать, когда в двух шагах от лестницы показалась обеспокоенная миссис Уизли.

— Артур! — позвала она, подняв голову. — Артур! Срочное сообщение из Министерства!

Гарри спешно вжался в стену — мистер Уизли, в ман­тии задом наперед, с грохотом промчался мимо и скрыл­ся из виду. Войдя на кухню, Гарри и все остальные увиде­ли, как хозяин дома торопливо роется в ящиках кухон­ного стола — «У меня где-то здесь было перо!» — и затем он склонился к огню, обращаясь к...

Туг Гарри протер и вновь открыл глаза, желая убедить­ся, что они его не обманывают.

В очаге зависла голова Амоса Диггори, похожая на большое бородатое яйцо. Она что-то быстро говорила, не обращая ни малейшего внимания на летящие вокруг искры и языки пламени, лижущие уши.

—Соседи-маглы услышали удары и стрельбу и выз­вали этих, как ты их называешь, полицейских... Артур, бросай там все...

—Сию минуту! — запыхавшись, произнесла миссис Уизли, подбегая к мистеру Уизли с куском пергамента, пузырьком чернил и помятым пером.

—Нам еще здорово повезло, что я услышал об этом, — продолжала голова. — Мне случилось пораньше зайти в офис, отослать парусов, смотрю — что за черт? — на вы­ходе вся Комиссия по злоупотреблению магией. Если об этом пронюхает Рита Скитер, Артур...

—А что говорит Грозный Глаз, что там произош­ло? — спросил мистер Уизли, откупоривая бутылочку с чернилами, окуная перо и готовясь записывать.

Голова мистера Диггори повращала глазами.

—Говорит, что услышал, как кто-то забрался к нему во двор. Вроде бы они собирались залезть в дом, да нале­тели на его мусорные баки.

—И что же эти баки? — мистер Уизли спешно запи­сывал, брызгая чернилами.

—Подняли адский шум и подожгли весь мусор, на­сколько я понял, — сказал мистер Диггори, пожав неви­димыми плечами. — Один бак еще скакал и взрывался, когда нагрянули полицейские.

Мистер Уизли застонал.

— А злоумышленник?

Голова мистера Диггори вновь повращала глазами.

— Артур, ты же знаешь Грозного Глаза. Ну кому пона­добился его двор глухой ночью? Да скорее всего какая-нибудь чокнутая кошка бродила поблизости и залезла в картофельные очистки. Но если Комиссия по злоупот­реблению возьмет Грозного Глаза в оборот, уж ему не поздоровится — вспомни его прошлое. Нам надо прове­сти его по какому-нибудь второстепенному проступку, что-то по твоему отделу — возьми хотя бы эти взрываю­щиеся баки!

— - Тут нужна осмотрительность, — покачал головой мистер Уизли, сдвинув брови и продолжая торопливо писать. — Грозный Глаз не использовал свою волшебную палочку? Он ни на кого по-настоящему не нападал?

—Держу пари, когда он выпрыгнул из постели, то начал громить колдовством все подряд, до чего смог до­стать из окна, но им придется попотеть, чтобы доказать это — нет ни одного пострадавшего.

—Ладно, я пошел, — сказал мистер Уизли, засунул пергамент с записями себе в карман и также быстро выс­кочил из кухни.

Голова мистера Диггори покосилась на миссис Уизли.

—Ты уж извини, Молли, — заговорила она уже более спокойным тоном, — что потревожили в такую рань и все такое... но Артур единственный, кто может освободить Грозного Глаза, а тот должен приступить к новой работе сегодня же... Почему нам и пришлось решать прошлой ночью...

—Не беспокойся, Амос, — ответила миссис Уизли. — Уверена, ты не откажешься от тоста перед уходом.

— О, буду только рад, — отозвался мистер Диггори. Миссис Уизли взяла со стола один из намазанных маслом тостов, ухватила его каминными щипцами и от­правила в рот мистеру Диггори.

— Спасибо, — невнятно пробормотал он и с легким хлопком исчез.

Гарри было слышно, как мистер Уизли торопливо попрощался с Биллом, Чарли, Перси и девочками; мень­ше чем через пять минут он, уже в правильно надетой мантии и с расческой в руках, снова был на кухне.

— Мне надо спешить. Желаю удачного семестра, мальчики, — сказал мистер Уизли Гарри, Рону и близне­цам, накидывая на плечи плащ и готовясь трансгресси­ровать. — Молли, тебя не затруднит подбросить ребят на Кингс-Кросс?

— Разумеется, нет, — ответила она. — Ты там присмот­ри за Грозным Глазом, а у нас все будет в порядке.

Мистер Уизли только успел исчезнуть, как в кухню вошли Билл и Чарли.

—Кто-то помянул Грозного Глаза? — поинтересовал­ся Билл. — Что там с ним такое?

—Говорит, будто кто-то пытался вломиться к нему в дом прошлой ночью, — сказала миссис Уизли.

— Грозный Глаз Грюм? — задумчиво произнес Джордж, намазывая тост джемом. — Не тот ли это псих...

—Твой папа очень высокого мнения о Грозном Гла­зе Грюме, — жестко оборвала его миссис Уизли.

—Нуда, а папа коллекционирует штепсели, — пони­зив голос, проворчал Фред, когда миссис Уизли вышла из комнаты. — Рыбак рыбака...

—Грюм был великим чародеем в свое время, — воз­разил Билл.

—Если не ошибаюсь, они с Дамблдором старые дру­зья, — вспомнил Чарли.

— Ну, Дамблдора в обычном смысле тоже нор­мальным не назовешь, — не унимался Фред. — То есть я знаю — он гений и все такое...

—Да кто такой Грозный Глаз? — спросил Гарри.

—Он в отставке, раньше работал в Министерстве, — сказал Чарли. — Я встречался с ним однажды, когда отец как-то взял меня с собой на работу. Он был мракобор-цем, и одним из лучших... ну, охотником на черных ма­гов, — добавил Чарли, поймав растерянный взгляд Гар­ри. — Половина камер в Азкабане заполнена благодаря ему. Он нажил себе массу врагов... в основном это семьи тех, кого он схватил... Ну, и как я слышал, к старости он впал в паранойю — никому и ничему не верит, и всюду ему мерещатся черные маги.

Билл и Чарли решили поехать и проводить всю ком­панию до вокзала Кингс-Кросс. Что касается Перси, то он с бесконечными извинениями заявил, что ему насто­ятельно необходимо быть на службе:

—В такой момент я не могу себе позволить неоправ­данного отсутствия — мистер Крауч только-только на­чал по-настоящему полагаться на меня...

—Разумеется, и знаешь что, Перси, — серьезно ска­зал Джордж, — я думаю, он даже вскоре запомнит, как тебя зовут.

Миссис Уизли, набравшись смелости, позвонила с деревенской почты и вызвала три обыкновенных магловских такси, чтобы отвезти их в Лондон.

— Артур пытался достать для нас министерские ма­шины, — шепнула она Гарри, когда они стояли на зали­том дождем дворе, наблюдая, как водители перетаскива­ют шесть тяжеленных чемоданов в свои автомобили, — но там не смогли ничего выделить... ох, дорогой, по-мое­му, у них очень грустный вид, да?

Гарри не стал говорить миссис Уизли, что магловским таксистам редко доводится возить взволнованных сов, а уж от криков Сыча точно звенело в ушах. Не очень поспособствовало делу и то, что немалая часть хлопушек доктора Фейерверкуса неожиданно вылетела из-под от­скочившей крышки чемодана Фреда и сработала на всю катушку — привело это к тому, что тащивший чемодан водитель завопил от боли и страха, потому что Живоглот с перепугу на всех когтях рванул вверх по его ноге.

Ехать было очень неудобно, учитывая, что пришлось втискиваться на заднее сиденье со своими чемоданами. Живоглот после фейерверка пришел в себя далеко не сразу, и, когда они въезжали в Лондон, Гарри, Рон и Гер­миона были изрядно поцарапаны. Друзья с большим облегчением высадились у Кингс-Кросс, несмотря на то что дождь пошел еще сильнее и они вымокли, пока волокли чемоданы через привокзальную толчею.

Теперь Гарри уже привык проходить на платфор­му 9 3/4. Это было просто — всего лишь пройти прямо сквозь сплошной на вид барьер, разделяющий девя­тую и десятую платформы. Единственная хитрость заключалась в том, чтобы проделать это незаметно, так, чтобы не привлечь внимания маглов. Сегодня они пошли группами — Гарри, Рон и Гемиона, особенно заметные благодаря Живоглоту и Сычику, отправи­лись первыми — они небрежно оперлись о барьер, словно беззаботно болтая... и боком проскользнули сквозь него — перед ними сразу же возникла плат­форма 9 3/4

«Хогвартс-Экспресс» — блестящий красный паровоз — выпускал клубы пара, в которых фигуры на плат­форме виделись смутными тенями. Сыч расшумелся еще громче, отвечая уханью множества сов через ту­ман. Гарри, Рон и Гермиона пошли искать свободные места и скоро погрузили свой багаж в купе в середине состава, потом вновь спрыгнули на платформу попро­щаться с миссис Уизли, Биллом и Чарли.

—Я, возможно, увижу вас раньше, чем вы думаете, — усмехнулся Чарли, обнимая Джинни на прощанье.

—Это как же? — мгновенно навострил уши Фред.

—Увидишь, — махнул рукой Чарли. — Только не го­вори Перси, что я упоминал об этом... как-никак «закры­тая информация, пока Министерство не сочтет нужным обнародовать ее»... в конце концов...

— Да уж, хотел бы я вернуться в Хогвартс в этом году, — протянул Билл, засунув руки в карманы и с завистью погля­дывая на поезд.

—Почему? — в нетерпении закричал Джордж.

—У вас будет интересный год, — сказал Билл, сверк­нув глазами. — Прямо хоть бери отпуск да поезжай хоть чуть-чуть посмотреть...

— Посмотреть на что? — спросил Рон.

Но в этот момент раздался свисток, и миссис Уизли подтолкнула их к дверям вагона.

—Спасибо за то, что позволили нам погостить у вас, миссис Уизли, — сказала Гермиона, когда они уже зашли внутрь, закрыли дверь и говорили, свесившись из окна.

—Да, спасибо вам за все, миссис Уизли, — закивал Гарри.

—О, я была только рада, мои дорогие, — ответила миссис Уизли. — Я бы пригласила вас и на Рождество... но, думаю, вы все захотите остаться в Хогвартсе... по мно­гим причинам.

—Ма! — раздраженно воскликнул Рон. — Что такое вы втроем знаете, чего мы не знаем?

—Полагаю, все выяснится уже сегодня вечером, — улыбнулась миссис Уизли. — Это так интересно... И я рада, что они изменили правила...

—Какие правила? — завопили Гарри, Рон, Фред и Джордж одновременно.

—Уверена, профессор Дамблдор все вам объяснит... Ведите себя хорошо, вы поняли меня? Ты понял, Фред? А ты, Джордж?

Но тут паровозные поршни и шатуны с громким шипением пришли в движение, и поезд не спеша тро­нулся.

— Скажите же нам, что такое происходит в Хогварт­се! — заорал из окна Фред, когда миссис Уизли, Билл и Чарли начали медленно удаляться от них. — Какие та­кие правила они изменили?!

Но миссис Уизли только улыбалась и махала вслед, и, прежде чем состав повернул, она, Билл и Чарли транс­грессировали.

Гарри, Рон и Гермиона вернулись в купе. Дождь стру­ями змеился по оконному стеклу, так что видно ничего не было. Рон открыл чемодан, достал бордовую выход­ную мантию и набросил ее на клетку Сычика, чтобы при­глушить его уханье.

—Ведь Бэгмен хотел сказать нам, что творится в Хог­вартсе, — заметил он, усаживаясь рядом с Гарри. — На Чемпионате, помнишь? Но тут и родная мать не хочет говорить. Вот что, однако, странно...

—Ш-ш-ш! — неожиданно перебила его Гермиона, приложив палец к губам и указывая на соседнее купе. Гар­ри и Рон прислушались и уловили знакомый голос с том­но растянутыми интонациями, доносившийся из приот­крытой двери.

—...отец на самом деле подумывал отправить меня скорее в Дурмстранг, нежели в Хогвартс, вы понимае­те. Он знаком с директором, разумеется. Ну, вам извес­тно его мнение о Дамблдоре — любителе грязнокровок, а в Дурмстранг эту сволочь на пушечный выстрел не подпускают. Но мама не одобрила идеи отослать меня в школу так далеко. Отец говорит, что в Дурмстранге подход к Темным Искусствам куда более разум­ный, чем в Хогвартсе — студенты их там действитель­но изучают, а не занимаются всей этой чепухой по за­щите, как мы...

Гермиона встала и, на цыпочках подойдя к двери, прикрыла ее, отрезав голос Малфоя.

—Итак, он считает, что ему подошел бы Дурмстранг, я так поняла? — гневно спросила она. — Вот бы и катил­ся туда — нам бы не пришлось его терпеть.

—Дурмстранг — это что, еще одна волшебная шко­ла? — поинтересовался Гарри.

—Ну да, — хмыкнула Гермиона, — и репутация у нее кошмарная. Если верить «Обзору Магического образо­вания в Европе», основное внимание там уделяется Тем­ным Искусствам.

—Сдается мне, я о ней слышал, — неуверенно произ­нес Рон. — Где она? В какой стране?

—Что, никто не знает? — подняла брови Гермиона.

—Э-э-э... а что? — несколько смутился Гарри.

—Между всеми магическими школами веками су­ществует традиционное соперничество. Дурмстранг и Шармбатон предпочитают скрывать свое местона­хождение — чтобы никто не завладел их секретами, — сухо объяснила Гермиона.

—Прекрати! — засмеялся Рон. — Этот Дурмстранг должен быть размером с Хогвартс — как это можно спря­тать громадный грязный замок?

—Но Хогвартс-то спрятан, — удивилась Гермиона. — Это каждому известно... каждому, кто читал «Историю Хогвартса», во всяком случае.

—Короче, таким, как ты, — кивнул Рон. — Но все же — как скрыть такое место, как Хогвартс?

—Он заколдован, — сказала Гермиона. — Если на него посмотрит магл, то все, что он увидит, — это осыпающи­еся руины и знак при въезде: «НЕ ВХОДИТЬ. ОПАСНАЯ ЗОНА!»

—И Дурмстранг со стороны выглядит просто как развалины?

—Возможно, — пожала плечами Гермиона. — Или на нем маглооттал кивающие чары, как на стадионе, где про­ходил Чемпионат мира. А чтобы его не обнаружили иностранные волшебники, его делают ненаносимым.

—Так, пожалуйста, еще раз.

—Ну, ты же можешь заколдовать здание так, чтобы его не было на карте, верно?

—Э-э-э... если ты так говоришь... — согласился Гарри.

—Но я думаю, что Дурмстранг должен быть где-то далеко на севере, — задумчиво сказала Гермиона. — Там, где очень холодно, потому что у них в униформу входит меховой плащ.

— Эх, подумать только, какие были бы возможности, — мечтательно произнес Рон. — Можно было бы легко стол­кнуть Малфоя с ледника и представить все дело как несчас­тный случай... жаль только, что мать его любит.

Чем дальше на север уходил поезд, тем сильней и сильней хлестал дождь. Небо было таким темным, а стекла такими запотевшими, что среди дня горели лам­пы. По коридору забренчала обеденная тележка, и Гарри взял на всех большую пачку кексов в форме котлов.

Ближе к полудню к ним заглянул кое-кто из друзей — в том числе Симус Финниган, Дин Томас и Невилл Лонгботтом — круглолицый, фантастически рассеянный мальчик, жертва воспитательной работы грозной колду­ньи — его бабушки. Симус все еще носил свою ирландс­кую розетку — ее магическая сила заметно ослабела, и хотя она по-прежнему выкрикивала: «Трой! Маллет! Мо­ран!», но уже едва слышно. Примерно через полчаса или около того Гермиона, по горло насытившись бесконеч­ными разговорами о квиддиче, вновь углубилась в «Учеб­ник по волшебству» для четвертого курса и принялась заучивать Манящие чары.

Невилл с завистью слушал, как остальные заново пе­реживают события финала Чемпионата.

— Бабушка не захотела ехать, — убитым тоном про­изнес он. — Не стала покупать билеты. Странно, правда?

— Да уж, — признал Рон. — Взгляни-ка сюда, Невилл... Забравшись на багажную полку, он пошарил в чемо­дане и достал миниатюрную фигурку Виктора Крама.

—Ух ты, — восхитился Невилл, когда Рон поставил Крама на его пухлую ладонь.

—Я видел его так же близко, как тебя — мы же были в верхней ложе...

—Первый и последний раз в твоей жизни, Уизли.

В дверях стоял Драко Малфой, а за его спиной мая­чили его дружки-громилы Крэбб и Гойл. Каждый из них за лето, похоже, вымахал не меньше, чем на фут. Очевид­но, они слышали разговор— Дин и Симус оставили дверь полуоткрытой.

—Что-то не припомню, чтобы мы тебя приглашали, Малфой, — холодно заметил Гарри.

—Уизли... а это что такое? — спросил Малфой, ука­зывая на клетку Сычика. Рукав злополучной выходной мантии Рона свисал с нее, покачиваясь в такт движению поезда и выставив на всеобщее обозрение полуистлев­шее кружево на манжете.

Рон потянулся убрать наряд подальше с глаз, но Мал­фой оказался быстрее — ухватив за рукав, он дернул ман­тию к себе.

—Вы только взгляните! — возликовал Малфой, под­нимая мантию и показывая ее Крэббу и Гойлу. — Уизли, ты что же, всерьез собирался это носить?! По-моему, это было очень модно году так в одна тысяча восемьсот де­вяностом...

—Чтоб тебе дерьмом подавиться, Малфой! — Рон сделался примерно одного цвета со своим выходным одеянием и рванул его назад из рук Малфоя. Тот издева­тельски захохотал. Крабб и Гойл тоже разразились иди­отским гоготом.

—Что, собираешься принять участие, Уизли? Хочешь принести немного славы родовому имени? Что ж... там и деньги прилагаются, как известно... Сможешь позволить себе приличную мантию, если победишь...

—Ты это о чем? — прорычал Рон.

— Ты собираешься принять участие? — повторил Малфой. — А, полагаю, ты хочешь, Поттер? Уж ты никог­да не упустишь шанса покрасоваться, верно?

— Или объясни, о чем речь, или убирайся прочь, Мал­фой, — с раздражением сказала Гермиона поверх учебника.

Радостная улыбка пробежала по бледному лицу Мал­фоя.

— Только не говорите мне, что вы не знаете! — с вос­торгом воскликнул он. — У тебя же отец и брат в Мини­стерстве, и ты даже не слышал? Господи боже, да мой отец все рассказал мне сто лет назад!.. Он узнал от Корнелиу-са Фаджа. Впрочем, отец всегда общается с высшими чи­нами Министерства... возможно, твой отец занимает слишком незначительную должность, чтобы его посвя­щали в подобные вещи, Уизли... да... скорее всего, они просто не обсуждают серьезных дел в его присутствии...

Еще раз захохотав, Малфой кивнул Крэббу и Гойл у. и вся троица скрылась.

Рон вскочил и захлопнул за ними дверь купе с такой яростью, что стекло разлетелось вдребезги.

—Рон! — укоризненно покачала головой Гермиона. Она вынула волшебную палочку, прошептала: «Репаро!» — и осколки, слетевшись вместе, вновь встали в двери целым стеклом.

—Ладно... Делает вид, будто знает все на свете, а мы — олухи, — со злостью проворчал Рон,— Отец общается с высшими чинами... да, Па может получить повышение в любое время... ему просто нравится ра­ботать там, где он работает...

—Разумеется, он можег, — спокойно сказала Герми­она. — Не позволяй Малфою достать тебя, Рон.

—Это он-то! Достанет меня! Как же, сейчас! — Рои взял один из оставшихся кексов и сплющил его в ле­пешку.

Рон пребывал в скверном расположении духа до са­мого конца пути. Он не сказал ни слова, пока они пере­одевались в школьные мантии, и оставался по-прежне­му хмурым, когда «Хогвартс-Экспресс» наконец замедлил ход и остановился в непроглядной темноте на хогсмидской станции.

Лишь только двери поезда отворились, в небе грянул гром. Выходя из вагона, Гермиона завернула Живоглота в мантию, а Рон так и оставил свой антикварный наряд на клетке Сыча. Ливень был так силен, что они склонили головы и зажмурились — струи стояли стеной и били с таким неистовством, будто над головами кто-то непре­рывно опрокидывал бессчетное количество ведер с ле­дяной водой.

—Эгей, Хагрид! — закричал Гарри, завидев гигантс­кий силуэт в дальнем конце платформы.

—Ты как, в порядке, Гарри? — прогудел Хагрид в от­вет, приветственно махая. — Увидимся... ну… на банкете...если мы не того, не потонем!

По традиции Хагрид переправлял первогодков в за­мок по воде — через озеро.

— О-о-о, и думать не хочу, каково это — пересекать озеро в такую погоду, — поеживаясь, произнесла Герми­она, когда они вместе с остальными брели вдоль темной платформы. Возле станции их поджидала сотня карет без лошадей; Гарри, Рон, Гермиона и Невилл с превеликим удовольствием забрались в одну из них. Дверь с треском захлопнулась, и несколькими минутами позже длинная вереница карет, грохоча и разбрызгивая грязь, покатила по дороге к замку Хогвартс.